воин

5 лет с начала российской военной операции в Сирии:



В этом году, 30 сентября исполнилось пять лет с начала крупномасштабной сирийской кампании, в ходе которой ВС РФ было необходимо оперативно подавить резкий рост запрещенных террористических организаций ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусра» в Сирии, деятельность которых угрожала не только безопасности региона, но и мира в целом. В связи с этой значимой для нашей страны датой Министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу подготовил материал к первому юбилею с начала антитеррористической операции российских военных в Сирии. Его разместил в свежем номере официальный печатный орган военного ведомства – газета «Красная звезда».
В действительности, к 30 сентября 2015 года боевики контролировали уже более 70 процентов территории Сирийской Арабской Республики и продолжали наступать на всех направлениях, тесня правительственные войска с их позиций. Тогда президент САР Башар Асад с целью недопущения краха сирийской государственности обратился к руководству РФ с просьбой об оказании военного содействия в борьбе с международным терроризмом.
Collapse )
Новороссия

Это другое!



Мы любим возмущаться двойными стандартами в политике, применяемыми западными странами и их добровольными помощниками внутри России. Этим возмущением мы не отменяем применения ими двойных стандартов, никак не можем повлиять на эффективность их работы (она зависит от компетенции конкретного западного труженика информационного фронта и уровня адекватности восприятия реальной действительности его руководством). Мы лишь ограничиваем собственные технологические возможности и создаём проблемы сами себе.
Обвиняя Запад в использовании двойных стандартов, мы априори подразумеваем, что двойные стандарты — это плохо. Чем обоснованнее выглядят наши инвективы против двойных стандартов, чем мы убедительней в своей аргументации, тем более негативно относится общество не только к использованию двойных стандартов Западом, но к двойным стандартам как к технологии вообще.
Технология сама по себе не может быть порочной. Даже оценка нами убийства зависит от обстоятельств. Если законопослушный гражданин убит асоциальным элементом, это однозначно плохо и заслуживает самого сурового наказания. Если приговор исполняет палач, это, может быть, не самая почётная работа, но всё же всего лишь работа, за которую не наказывают и не награждают, а просто платят зарплату. Если убийство совершает солдат на фронте, то чем больше он убивает, тем больше у него шансов получить за это от государства награду (и не одну), а от общества почёт и уважение.
Следовательно, технология порочна, только если используется против нас, против интересов нашего государства и нашего общества. Если же мы обращаем её себе на пользу, она автоматически становится полезной. У них гадкий шпион, у нас благородный разведчик. У них наглое вмешательство во внутренние дела, у нас оказание законной помощи дружественному режиму против наглых мятежников или восставшему народу против антинародного режима. Все идут на войну, утверждая «С нами Бог!». Но Бог един и не может поддерживать две воюющие стороны одновременно. Более того, христианство в принципе требует возлюбить врага своего и решать споры миром, на основе компромисса, отрицая гнев и насилие.
Осуждая двойные стандарты как изначально порочные, мы приучаем общество считать, что порядочные государства (в первую очередь наше собственное) никогда не опускаются до применения столь презренной технологии. Но в политике иногда приходится отрицать очевидное и верить в невероятное. Мы смеёмся над немцами, которые верят, что боевым отравляющим веществом (оружием массового поражения) можно отравить человека так, что не только никто рядом не пострадает, но и сам он не только не умрёт, но через пару недель окажется здоровее чем был. Но разве мы сами не делаем вид, что верим, будто донецкие шахтёры, ещё вчера пытавшиеся приспособить для ведения боевых действий единичные музейные экземпляры артиллерии и бронетехники, на следующий день стали массово выкапывать у себя в шахтах танки, артиллерийские орудия, установки залпового огня, тонны снарядов, запчастей и ГСМ к ним. А парикмахеры и таксисты в считанные часы освоили эту сложную технику в достаточной степени, для того чтобы разнести в хлам несколько бригад украинской армии и добровольческих батальонов.
Моментальный переход ополчения Донбасса из состояния разрозненных, плохо вооружённых отрядов, способных создавать проблемы наступавшей на них регулярной армии, только опираясь на плотную городскую застройку (и то не всегда и не везде), в состояние небольших, но отлично вооружённых, обученных, вполне современных вооружённых сил, командиры которых принимают тактически грамотные решения и умеют реализовывать с высокой степенью слаженности и синхронизации взаимодействия, не более вероятно, чем «чудесное исцеление» Навального. Но я до сих пор встречаю людей, искренне верящих, что ополчение голыми руками захватило у украинской армии сотни танков и артиллерийских орудий. Причём они даже не задаются вопросом: откуда ополчение берёт к ним снаряды и запчасти? С ГСМ ещё ладно, можно верить, что солярка самозарождается на заправках, но одних только боеприпасов в периоды активных военных действий (летом–осенью 2014 года и в январе–феврале 2015 года) было израсходовано несколько сотен, а то и тысяч тонн.
Не думаю, что большинство этих людей столь наивны. Просто они убеждены, что двойные стандарты — это плохо. Мы не можем прибегать к двойным стандартам. Если РФ официально заявляет, что оружие ополчению не поставляла, значит, не поставляла. Если говорит, что регулярные части не принимали участие в боевых действиях, значит, не принимали. Кстати, артиллерии, для того, чтобы нанести украинским войскам огневое поражение на то расстояние, на котором тогда находились от границы украинские войска, границу пересекать было и вовсе незачем (достаточно было, чтобы её пересекли снаряды). Танковые экипажи могли действительно формироваться из добровольцев. Но напомню термин «отпускники» родился из официально предложенной версии, в соответствии с которой солдаты и офицеры регулярной российской армии брали отпуск и ехали повоевать в Донбасс. Даже если предположить, что так оно и было, то это не отменяет их статуса как официальных военнослужащих. Батальон американских военнослужащих «в отпуске», приехавших повоевать куда-нибудь в Сирию, вряд ли будет воспринят нами как нечто естественное.
Итак, большинство людей всё прекрасно пронимали. Об этом, наряду с упомянутым эвфемизмом «отпускники», свидетельствует аналогичный ему (описывающий те же процессы) «Северный ветер». Да и регулярные ссылки командиров ополчения на то, что им Мариуполь брать Москва запретила, свидетельствуют о решающей роли России в координации военных операций ополчения. Но если мы верим, что танки, пушки и снаряды к ним ополчение нашло в шахтах и степях Донбасса, то с какой стати ополченцы, голыми руками отнявшие у украинских войск сотни единиц бронетехники (есть версия именно так объясняющее возникновение танкового парка ДНР/ЛНР) должны были прислушиваться к мнению Москвы? Такое послушание, когда сказали остановиться и не брать пустой город, ну и не стали его брать, возможно только в том случае, если полностью зависишь в военном плане от того, кто тебе даёт такие «рекомендации».
Итак, всем всё ясно, но многие посыпают себе головы пеплом и страдают от того, что «Россия совсем не помогала героическому Донбассу». Такое извращение действительности наносит России чем дальше, тем больше репутационных потерь, в том числе в глазах населения Донбасса.
При этом надо понимать, что наши западные «друзья и партнёры» прекрасно знают, сколько, чего, куда и кому было передано, а также кто, откуда, когда и по кому стрелял. Так же, как и мы знаем их аналогичные действия. По правилам игры в двойные стандарты важно не то, знает ли противник, что конкретно ты сделал, а признал ли ты свою роль. Если не признал, то любые, самые железные доказательства ничего не значат. Все знают, что США из корыстных побуждений спровоцировали вторжение в Ирак. Но по официальной версии Вашингтона разведка просто немного ошиблась. И никакие разоблачения не помогают. Только разоблачители, если живут на Западе, скоропостижно умирают.
Мы живём в сюрреалистичном мире, когда можно утверждать, что Кремль сбросил на Навального атомную бомбу, но мужественному оппозиционеру удалось выжить в эпицентре взрыва, о котором никто не знал, пока не сделали анализы. Ни его, ни окружающих даже не поцарапало, разрушений не было, но вы должны поверить: ядерная атака была. И никакими апелляциями к разуму, требованиями предоставить доказательства невозможно усовестить глумящихся «партнёров». Наоборот, в последнее время нарочитая бездоказательность и хамская нахрапистость становятся дополнительным поражающим фактором технологии двойных стандартов. Наше собственное население отказывается понимать, почему они над нами нагло глумятся, а мы им до сих пор в морду не дали. Умеренность российской власти, её стремление следовать классическим принципам международных отношений, подаётся российскому же народу, как её слабость.
Но слабость наша в другом. Практически все люди (за исключением очень редкой породы абсолютных негодяев) для сохранения психической устойчивости должны считать, что правда в конфликте на их стороне. Кроме всего прочего в том, что мы на стороне правды, нас убеждает то, что наша страна не использует позорные и бессовестные методы борьбы. Если мы утверждаем, что двойные стандарты априори плохо, значит, эти методы мы использовать не можем, а если используем, значит далеко не святы. В результате часть политически ангажированного населения, понимая, что отрицая использование нами двойных стандартов, мы грешим против истины, делает вывод, что правда на стороне оппонентов. Их мало, но они есть. Часть, для сохранения психической устойчивости, пытается отрицать очевидное, быстро превращаясь в политических фриков. Наконец часть цинично принимает то, что мы говорим одно, а делаем другое, но они отказываются понимать, почему мы, в таком случае, не можем или не хотим провести блиц операцию по смене власти на Украине (ведь хуже не будет, говорят они) или почему во всех постсоветских республиках (до которых только руки дотянутся) Россия не приведёт к власти абсолютно пророссийских политиков. У них много возникает таких «почему». Поскольку же они сталкиваются с несомненным применением двойных стандартов при абсолютном отрицании моральности таких действий, люди начинают выстраивать конспирологические теории, доходя даже до отрицания российской международной субъектности.
На деле в политике, как на войне, используется весь арсенал известных и доказавших свою эффективность средств воздействия на противника. Если противник освоил и применил какую-то новую технологию, её требуется максимально быстро изучить, освоить, вписать в рамки собственных стандартов и использовать для достижения победы. Любая технология, использованная нашим правительством в интересах нашего государства моральна, если она ведёт кратчайшим путём к успеху, поскольку высшей моралью политика является наиболее эффективная защита интересов вверенного его попечению государства и народа.
Кроме того, мы открыты для переговоров. Если наши политические оппоненты считают какую-то технологию слишком опасной (как ядерное оружие) мы готовы наложить всеобщий мораторий на её использование. Но из этого правила не должно быть исключений, а механизмы контроля должны быть не менее эффективными, чем в вопросах контроля ядерных арсеналов.
И майданные технологии мы можем и должны использовать себе во благо в тех случаях, когда они являются наиболее эффективным средством решения проблемы. Эффективность (то есть соотношение цена/качество) является главным критерием оценки полезности или вредности конкретной технологии. Наконец, даже теми технологиями, которыми мы не предполагаем пользоваться, мы должны владеть в совершенстве, ибо они могут быть применены против нас, а чтобы эффективно защищаться надо оружием противника владеть лучше, чем владеет им противник.
Мораль не в технологиях, мораль в нас самих, моральность и аморальность наших действий определяют не средства, а цели. Даже атомная бомба в руках США является оружием агрессии, а в руках России — средством стабилизации международных отношений и сохранения мира. Впрочем, американцы оценивают ситуацию с точностью до наоборот. Противник всегда будет считать себя образцом морали и честности, использующим определённые технологии исключительно на благо человечества. И нам стесняться не надо. Всё, что мы делаем — хорошо и правильно, поскольку мы всем хотим добра, а что думают по этому поводу остальные, нас не касается. Их тоже не очень интересует, что мы о них думаем.

via
Главный

Главная битва христианской Европы Ч.2

Начало
За день до сражения. Армия франков
То, что пешее родовое ополчение не способно на равных воевать с арабской конницей, было ясно уже давно. Выборные бойцы отлично держали удар и дрались в рукопашной, раз за разом опрокидывая противника, были малоуязвимы для арабских стрел, закрываясь щитами, но не были способны атаковать не только всадников, но и арабскую пехоту. Плохо обученная строевому бою, едва начав движение, фаланга ополченцев немедленно разваливалась, превращалась в толпу и теряла свой единственный козырь, делающей её грозной силой — не могла выставить стену щитов и становилась лёгкой добычей лучников и всадников. С этим надо было что-то делать…
Об армии Франков к счастью мы можем говорить с несколько большей уверенностью, а все потому, что обладаем некоторыми документами о верстании земель и правилах мобилизации франков. Правда документы эти, относятся к периоду Людовика Благочестивого и отстоят от битвы при Пуатье на 50 лет. Однако, сравнивая документы о владении землёй начала VIII века, с более поздними, мобилизационными нормами, можно сказать, что кардинальных изменений по количеству выставляемого войска с единицы земли за 50 лет не произошло.
Нам известно максимальное количество войск, которое Людовик теоретически мог собрать с 700 пагусов (крупная административная единица в империи каролингов). Это гигантская по тем временам армия в 35 тысяч человек. Хочу обратить внимание, что это максимальное теоретически возможное количество войск, которое собрать в реальности было невозможно.
Армия того времени, это в первую очередь родовое ополчение, оно как и более позднее ополчение феодальное, никогда не могло быть выставлено полностью в заявленном количестве. То есть если конечно, например в Нейстрию вторгался враг, то ополчение Нейстрии могло собраться в полном, списочном составе, и встречать врага на пороге своего дома. В любом другом случае, родовое ополчение собраться могло только частично. Часть сил было необходимо ставить на месте для контроля внутреннего порядка. Не говоря уже о тех, кто просто саботировал призыв и не являлся на чужую войну в чужой земле. Конечно, за это жестоко наказывали, но желающих всегда хватало.
Нельзя забывать, однако, то, что к 780-м годам, то есть через 50 лет со времени Карла Мартелла, королевство франков сильно приросло территориями и проживающими на них людьми. За 40 лет оно выросло более чем в два раза, увеличив более чем в два раза и мобилизационный резерв — в первую очередь, за счёт полностью включённого в состав королевства франков государства лангобардов.
Часть войск, было необходимо оставить на Восточной границе, где велись непрекращающиеся войны с родственными франкам германскими племенами, и вывод войск оттуда означал потерю Франконии и недавно подчинённых, но не смирившихся с этим Алеманнии и Баварии, где все ещё велась борьба за независимость.
Таким образом, верхним рамочным ограничением войск, которые мог собрать Карл Мартелл можно считать 8-10 тысяч человек. Что косвенно подтверждает великолепная скорость реакции франков на угрозу. В конце лета, Карл Мартелл ещё ведёт переговоры с Эдом Аквитанским в Париже, о совместном противостоянии арабскому вторжению. А в конце сентября он уже с армией находится в непосредственной близости от Тура.
Основу франкской армии того периода составляло все ещё пешее родовое ополчение. Несмотря на существенное увеличение при Карле Мартелле тяжёлой кавалерии, она все ещё была в серьёзном меньшинстве. Разные исследователи определяют её число, от одной десятой от всего количества войска, до одной трети. Однако изучая течение сражения при Пуатье, где описан в первую очередь пеший порядок построения франков, можно с уверенность предположить, что количество тяжёлой франкской кавалерии при Пуатье, не было большим. Судя по всему, не более 15%, то есть только каждый шестой воин франков был всадником. Несомненно, кавалерия франков играла свою роль, но в первую очередь роль эта была вспомогательной.
​Воины франков - Главная битва христианской Европы | Warspot.ru
Воины франков
Отдельно необходимо сказать о Эде Аквитанском, смирившимся с потерей своего недавно приобретённого статуса независимого правителя, и признавшим вассалитет королю франков. Точно неизвестно какой армией он располагал в битве при Гаронне, но хронисты (как арабские, так и франкские) писали о чудовищных потерях аквитанцев. Мосарабская хроника говорит: «Один бог знает счёт убитым». Арабские источники, в общем, подтверждают это, называя потери аквилонцев чудовищными: «Только конница смогла скрыться…»
Рассматривая битву при Гаронне, предположение о том, что армия была разбита полностью и уцелела только тяжёлая кавалерия, состоящая из личных дружин высшей военной элиты кажется очень вероятным. Как мы отметили выше, кавалерии в армии Аквитании (а это по сути те же франки) вряд ли составляла более 15% всей армии. А армия Эда, точно не превышала по величине и выучке армию Карла Мартелла, потому что в длившимся уже долгое время противостоянии Аквитании и Франков, Аквитания не одерживала ни каких значительных побед.
Теперь, иходя из сказанного, мы рамочно можем оценить примерное количество войск под командованием Карла Мартелла, пришедших на поле при Пуатье.
Это, 8−10 тысяч франков, подчиняющихся непосредственно Карлу Мателлу. Из которых около 6−7 тысяч составляло пешее родовое ополчение усиленное дружинами менее знатной и богатой военной элиты франков, которая не смогла позволить выставить конную дружину. И около 1500 — тяжёлой (на тот период) профессиональной кавалерии. Сопоставимое, но меньшее количество кавалерии подобного типа привёл с собой Эд Аквитанский.
Таким образом, с большой долей уверенности мы можем говорить что всего в армии франков при Пуатье, было 9−10 тысяч человек, из которых 7−8 тысяч составляла пехота и 2−2,5 тысяч конница.
Франкское родовое ополчение того времени представляло собой иррегулярные части призываемые королём франков на непродолжительное время в моменты военных походов. По сути это были выборные граждане, которые имея своё оружие, или вооруженные общиной выставлялись по призыву от поселения. Основным вооружением их был большой круглый деревянный щит, обеспечивающий достаточную защиту от лучного обстрела а так же от ударов в ближнем бою и копье длинной от 190 до 240 см со сравнительно небольшим листовидным наконечником.
​Скрамасакс (реконструкция) - Главная битва христианской Европы | Warspot.ru
Скармасакс (реконструкция)
Так же можно говорить о довольно большом распространении скармасаксов, короткого клинкового оружия общей длинной до полуметра, как дополнительного оружия или оружия ближнего боя. Остальное оружие так же присутствовало, однако его количество было исчезающе мало.
Шлемы, а тем более доспехи в родовом ополчении были редкостью. По крайней мере, более поздние «Иллюстрированные каролингские хроники», прямо ассоциируют шлема с профессиональными военными и высшей аристократией, а остальные вооружённые люди изображены там, имея из защитного снаряжения только щит.
Так же в описании боя упоминаются лучники, однако из официальных документов того времени, нельзя сказать что они составляли какую-то значительную часть войска. Зато точно можно сказать, что они не считались отдельным видом войск и не строились отдельными отрядами. Франкские луки того периода, это простые монотельные деревянные луки используемые в первую очередь для охоты. Такой лук способен поражать бездоспешного воина на дистанции до 40 метров, с удовлетворительной точностью. Натурные опыты показывают, что стрела этого лука, не пробивает деревянный щит с дистанции 25 шагов. Так же неплохо от него защищает кольчуга, а шлем того времени является для него полностью непреодолимой преградой.
Родовое ополчение франков
Кавалерия франков той эпохи, это вооруженный щитом и копьем всадник, практически всегда, судя по изображениям в источниках имеющий шлем, и часто защиту корпуса, которой обычно являлась кольчуга. Клинковое же оружие, напротив у всадника изображено не всегда,что в общем то имеет под собой основания. В VIII веке меч всё ещё являлся крайне дорогим предметом, доступным в основном только военной аристократии и воинам личной дружины, а скармасакс в то время ещё не достиг нужной длины и для использования с коня был мало пригоден.
​Кавалерия франков - Главная битва христианской Европы | Warspot.ru
Кавалерия франков
В отличие от более поздней тяжёлой кавалерии, франкская конница не атаковала врага таранным ударом, держа копье под мышкой. А использовала его (копье) удерживая верхним, или нижним хватом, нанося удары сверху вниз.
День сражения
Арабские передовые отряды, наткнувшиеся неделю назад на франкское войско, разворачивающееся для генерального сражения, были озадачены. Похоже, Абд аль-Рахман, не ожидал встретить тут войско франков, тем более такое большое. Судя по всему, главной его целью в данное время был Тур, богатый город который следовало захватить. Но перед этим – было необходимо что-то сделать с франками которые, похоже, всерьез собрались воевать.
Конечно, можно было бы их обойти и осадить город, но оставлять в тылу такую армию, пускай даже и пешую и заниматься осадой, было решительно невозможно. Осада – осложняет маневренную войну, а к чему может привести удар в тыл при осаде, арабы отлично помнили. Эд Аквитанский в битве при Тулузе именно так разбил бывшего наместника Аль-Андалусии. Опять же огромный обоз с трофеями сковывал армию халифата, не позволяя в полной мере использовать преимущество маневра на поле.
Выжидание, было так же неприемлемо. Уже начался октябрь, и уже через несколько недель, конное войско начнет испытывать проблемы с фуражировкой. А затем грянут холода, и это крайне нехорошо скажется на арабской армии.
В общем, выбора у Абд аль-Рахмана не было. Дерзких франков требовалось разгромить — благо, что задача эта не казалась сложной. Неверных было значительно меньше, чем воинов халифата, а большую их часть составляло пешее ополчение, плохо вооруженное и ещё хуже тренированное, неспособное в открытом поле хоть что-то противопоставить тяжёлой арабской коннице и тем более конным стрелкам. Совсем недавно точно такое же войско было разбито арабами, причем оно занимало гораздо более удобную позицию.
Франки стояли на большом заросшем густым подлеском холме, перегораживая арабской армии дорогу на Тур. Почти у самой вершины опираясь флангами в залешеные склоны глубокой, фалангой стояла пехота, прикрывшись щитами и ощетинившись копьями по фронту и флангам.
Недалеко от этой неповоротливой массы войск располагались смешанные отряды пехотинцев и лучников, укрываясь в подлеске, они должны были осложнить жизнь арабской стрелковой кавалерии, отгоняя её стрелами от главных сил.
В тылу на обратной стороне холма ждала своего часа кавалерия франков, в её задачу входило парирование фланговых ударов и попыток охвата армии с тыла. Ну и конечно именно кавалерия была мобильным оперативным резервом.
​Кавалерия франков атакует (реконструкция) - Главная битва христианской Европы | Warspot.ru
Кавалерия франков атакует (реконструкция)
Судя по всему, Карл Мартелл прибывший на место сражения, за несколько дней, уже знал где и как он построит своё войско . Он прекрасно понимал что большая часть его войска, была плохо обучена, неустойчива и могла в случае намека на поражение побежать с поля боя, как в прочем при малейшем намеке на победу кинутся, вперед ломая строй. И если в войне с фризами, саксами да и теми же аквитанцами это было бы не так страшно. То случись такое в бою с арабами, битва немедленно превратится в разгром и резню. Слишком много у них кавалерии и слишком мало её у франков.
Поэтому им была выбрана, наверное, единственно возможная тактика — тотальная оборона. Было понятно, что в прямой атаке на такую массу пехоты завязнет любая конница. Единственной задачей пеших франков было стоять непоколебимо и отражать все удары арабов, ни в коем случае не преследуя их. Именно тут очень хорошо сыграли свою роль пешие дружины, о которых писалось выше. Воины не самых богатых аристократов — из тех, кто не смог позволить посадить всю свою дружину на коней — послужили каркасом, стягивающим массу войск франков, превращая её из нестройной толпы в монолит.
Очень скоро маврам стало очевидно, что франки, стоящие на заросшем холме, не собираются никуда идти. Прикрытые большими круглыми щитами, они игнорировали обстрел конных стрелков, и их собственные лучники вполне успешно отвечали арабам, пользуясь локальным преимуществом пеших лучников, а при малейшей опасности скрывались за выделенными им щитоносцами, добраться до которых можно было только по густому подлеску под франкскими стрелами. Демонстрация отступления тоже оказалась бесполезной. Немногих кинувшихся в погоню тут же привели в чувство соседи по строю.
Всю последующую неделю мавры подтягивали силы и пытались улучшить своё положение. Однако упёртые христиане стояли как каменная стена, не сдвинувшись ни на метр. Нужно было что-то предпринимать, и Абд аль-Рахман, собрав в кулак все свои войска, решился на генеральное сражение.
Обычным боевым построением арабов было трехшереножное, или трехлинейное построение.
Первая линия «Утро псового лая» состояла в основном из конных застрельщиков, лучников и метателей копий. Их задача была обстреливать войско противника, смешивая и расстраивая его ряды. Вторая линия «День наступления» состояла из более тяжёлой и хорошо защищенной конницы, и её задачей был основной удар. Эти воины должны были или опрокинуть врага, или хотя бы разбить его строй, преследуя побежавших. А если атака не успешна то они должны были изображать отступление. Выводя растянувшихся преследователей под третью линию, называющуюся «Вечер перемен». Её составляли воины в тяжёлой броне на больших конях, ветераны из личных дружин. Своим слитным ударом они добивали бегущих, или рассеивали растянувшихся врагов, преследующих вторую линию.
Абд аль-Рахман не изменил себе и в этот раз. Ранним утром 10 октября 732 года от рождества Христова три линии конной лавы стали накатывать на казавшуюся совсем незначительной на их фоне армию франков.
Однако всё сразу пошло не так. Склон холма, казавшийся издалека вполне преодолимым, вблизи оказался почти непроходимым. Лёгкие стрелки первой волны были вынуждены тормозить и переходить на шаг. Сзади на них наседала вторая волна, смешивая ряды и тоже тормозя, с каждой секундой теряя возможность разогнаться для сокрушительного удара. Франкские лучники, отступив за фланги, посылали в атакующих стрелу за стрелой — благо, промахнуться по такой массе всадников было непросто.
В результате стремительного удара не получилось. Тем не менее, конная масса арабов ударила в строй франков, заставив его пошатнуться. В некоторых местах, пользуясь разницей в выучке франков, воины халифата прорвались внутрь фаланги, завязав бой в глубине пехотного строя. Один отряд арабов даже начал продвигается в сторону того места, где стоял флаг Карла Мартелла, но уперся в закалённых в боях мартелловских ветеранов и полностью погиб.
Около часа по всей линии соприкосновения шла жестокая схватка. Арабская кавалерия давила яростно, но даже введение в бой третьей линии войска мавров не помогло опрокинуть строй щитов. Стена фаланги, частично разбитая и расстроенная, превратилась в настоящее людское болото, в котором вязли всадники халифата. Строй франков невозможно было прорвать, невозможно было убить их всех, и даже отступить было невозможно — оставалось убивать и умирать. Мосарабская хроника с пафосом сообщает:
«И в громе сражения люди Севера казались морем, которое невозможно сдвинуть. Твёрдо они стояли, плечом к плечу, выстроившись, как глыба льда, и сильными ударами своих мечей они разили арабов. Собравшись толпой вокруг своего вождя, люди Австразии отражали всё перед собой. Их неутомимые руки пронзали мечами тела врагов».
Когда стало ясно, что основные силы арабов вступили в бой и заняты схваткой с пехотой франков, Карл Мартелл ввёл в бой свою кавалерию. Она частью сил обошла сражающихся и ударила по тылам армии мавров, сокрушая обоз и те войска, которые были оставлены его охранять. Не имея вестей с поля битвы и видя атакующую конницу христиан, арабы, защищавшие лагерь и обоз, вероятно, решили, что бой проигран, и побежали.
​Франкские всадники атакуют конных стрелков - Главная битва христианской Европы | Warspot.ru
Франкские всадники атакуют конных стрелков
На арабов, пока ещё не завязших в бою с пехотой франков, весть о том, что кавалерия франков громит тылы и грабит обоз, произвела удручающее впечатление. Практически все, кто в тот момент не был в бою, начали отступать к лагерю, оставив сражающихся товарищей без поддержки. Этим немедленно воспользовалась франкская кавалерия, которая совместно с пехотой заставила отступить тех, кто был ещё готов продолжать бой.
Абд аль-Рахман, увидев, что его армия бежит, во главе небольшого отряда телохранителей пытался остановить отступление, но, покинутый своими воинами, попал под удар франкской конницы и погиб как герой, сражаясь до последнего.
Вечер 10 октября франки встретили на вершине холма. Их поредевшая армия стояла точно там же, где она стояла утром — и прошлым, и позапрошлым. Франки стояли как скала, и ничего не могло поколебать их. Хроники Фредегара свидетельствуют:
«Карл смело повёл свои ряды против них, и воины бросились на них. С христовой помощью он опрокинул их палатки и стёр их с лица земли. Убив их короля, он уничтожил их, послав армию вперёд, сразился и победил. Таков был триумф победителя над его врагами. Он сошёл на них, как великий воитель, и развеял их, как солому».

День после сражения.
На рассвете 11 октября франки готовились к продолжению битвы. Тушились караульные костры, вставали на свои места ополченцы и пешие дружины, конница седлала коней и проверяла в последний раз оружие. Впереди был ещё один день битвы – возможно, решающий. Карл Мартелл всматривался в сумрак долины, куда не падал ещё ни один луч солнца.
Арабский лагерь был беззвучен — ни шума проснувшийся армии, ни звона оружия и доспехов. Даже лошади не ржали. Можно было подумать, что накануне ничего не было — ни армии мавров, ни вчерашней битвы, ничего. Было ясно, что это очередная мусульманская хитрость, которой они хотят сдвинуть с места упорных франков. Была необходима разведка, и несколько всадников отправились осматривать окрестности в поиске засад врага.
Однако вскоре разведчики вернулись и сообщили, что арабов нет — нет засад, нет разъездов, нет самой армии в лагере! Мавры, лишившись полководца, не решились продолжить сражение и ночью отступили, побросав не только обоз с огромными трофеями, о чём в один голос говорят арабские и франкские источники, но даже палатки и шатры.
Арабский современник писал: «И тогда все воины бежали перед мощью врага, и многие пали в этом бегстве». Им вторят франкские источники: «Поднимаясь из своего лагеря на рассвете, они видели палатки и шатры арабов, расположенные в точности как днём раньше. Не зная, что они пусты, и думая, что внутри готовые к битве силы сарацинов, они послали разведку и обнаружили, что все мавры бежали. И действительно, они скрылись под покровом ночи тесным строем и вернулись в свою страну».

Итоги
Битва при Пуатье стала одной из величайших битв за всю историю человечества и точно самой главной в истории христианской Европы. Дело не в размерах войска и даже не в том, что Карл Мартелл смог победить более многочисленную и сильную армию, не имея ни одного шанса это сделать Всё дело в причинах и последствиях.
Армия Омейядского халифата численностью 25 000 воинов для Европы VIII века была непобедима. Не факт, что франки, даже объединившись с Аквитанией, лангобардами и прочими мелкими германскими племенами, смогли бы выставить армию подобного размера, а, значит, решение уже не первый век поставленных задач разгрома христианских армий и окончательного покорения противостоящих халифату государств и принесения мусульманства в Западную Европу на этом этапе было более чем вероятно.
Потерпев поражение, Карл Мартелл потерял бы не только Аквитанию и Васконию, но и получил бы неприкрытую границу непосредственно с землями халифата. То есть, все те набеги, которые раньше принимали на себя эти герцогства, стали бы разорять южные земли королевства франков, что немедленно привело бы к уменьшению налогооблагаемой базы и ослаблению королевства. Необходимость восстановления армии заставила бы снимать с восточных границ все имеющиеся силы, что привело бы к потере контроля над недавно покоренными землями и ещё одну войну с неясными, но вполне очевидно печальными перспективами. В перспективе это тоже сильно ослабляло государство франков.
Арабы же, сохранив армию, которой после победы никто в Западной Европе не смог бы противостоять, наоборот, расширяли экономические возможности и получали отличные плацдармы для наступления в любую интересную им сторону.
Смогла бы противостоять этому мусульманскому натиску раздробленная Европа раннего средневековья? Очень маловероятно, особенно если вспомнить похожую ситуацию на Руси перед вторжением монголов. Однако этого не произошло. Карл Мартелл полностью оправдал своё прозвище, остановив армию мавров, и направил историю мира по другому пути.

Литература и источники:


  1. Fredegarii Et Aliorum Chronica. Vitae Sanctorum

  2. Анналы Святого Аманда

  3. Арабо-византийская хроника 741 года

  4. Григорий Турский. История франков

  5. Книга истории франков

  6. Лоббские анналы

  7. Мосарабская (Мозарабская) хроника 754 года

  8. Петавианские анналы

  9. Продолжения Фредегара // Хроники Фредегара

  10. Происхождение франков, V–IX века

  11. Трирский Апокалипсис

  12. Утрехтская псалтырь

  13. Хроники Фредегара

  14. Штутгартская псалтырь

Главный

Главная битва христианской Европы Ч.1

Октябрь 732 года выдался необычно морозным. Даже на южных границах франкских земель осень уже вступила в свои права, окрасив листву во все цвета золотого и красного. Ранним утром 10 октября Карл Мартелл смотрел, как внизу у подножья холма пришла в движение армия арабов. Теперь между ним и кавалерийской лавой арабских всадников оставались лишь четверть лиги поросшего травой холма, да стена щитов, которые держали франки и немногочисленные оставшиеся воины Аквитании — все, кто смог и успел прийти на это поле неподалёку от Тура, на котором должно было решиться всё. Ленивое утреннее солнце вставало из-за леса, разрывая желтизну холма резкими длинными тенями. Скоро всё начнётся!
За два года до сражения. Халифат и Аквитания
Если говорить о политической карте этого региона накануне битвы при Пуатье, то к 730 году она была очень разношёрстна. Главным игроком не ней была отнюдь не империя франков. Омейядский халифат, раскинувшийся от песков Средней Азии до вод Атлантического океана и от Персидского залива до страны басков, давно уже укрепился в южных Пиренеях. Продвигая своё влияние на север в земли христиан, арабы не собирались останавливаться на достигнутом. К 730 году, несмотря на ряд болезненных поражений от хазар в битве при Ардебиле и череде восстаний, халифат находился на пике могущества и превосходил любую европейскую державу.
Collapse )
bandera

Протоиерей Андрей Ткачев, «Заповит» Т.Шевченко



«Заповит», то есть «Завещание» это самое известное стихотворение Тараса Григорьевича Шевченко. Его наизусть учат в школе, оно помещено во все соответствующие антологии и хрестоматии. Стихотворение переведено более чем на 150 языков мира, положено на музыку, et cetera. При этом всем смысл стихотворения зловещ в полном смысле слова «зловещий». То есть «вещающий зло», говорящий о зле и зло предсказывающий. Трудно сказать, чем объясняется невнимательность к очевидному, но «Заповит» читают, поют, цитируют, вышивают на рушныках и вовсе смыслу его не ужасаются. А ведь в этом небольшом по размеру произведении с двадцатью четырьмя строчками по три-четыре слова в каждой поместилось два раза слово «кровь» и одно отречение от Бога.
Человек умрет. Это понятно. Пока ему ничего конкретно не угрожает, он может писать стихи о том, как он умрет и что будет после. Посреди самого смертного страха стихи не пишутся. Такова их природа. Как у Толстого в «Смерти Ивана Ильича» главный герой с омерзением вспоминает силлогизм из учебника логики некоего Кизеветтера. «Кай человек. Люди смертны. Следовательно Кай смертен». Иван Ильич, уже со вкусом смерти во рту, возмущается. «При чем здесь Кай? Пусть он смертен, но ведь я не Кай! Я тут при чем? Пусть Кай умирает.» Вот такие «стихи» пишутся, когда реальная смерть приближается к человеку-теоретику. Ну, а пока все более-менее, можно насыщать поэзию предметами, далекими от смертного ужаса, идеологическими.
Collapse )
укроп

Как Иосиф Бродский перестал быть своим для либералов и

Великий русский поэт Иосиф Бродский (подчеркну, великий русский поэт, так как стихи Бродского и сам его талант порождены, в первую очередь, русской культурой), долгие годы считался среди либералов своим. Ничего удивительного: биография вполне располагала. Бродского в СССР не печатали, травили, против него было организовано безобразное судилище, завершившееся обвинением в тунеядстве и ссылкой в отдаленную местность (лагерем я бы это не назвал) на пять лет принудительного труда.

Да, биография Бродского вполне соответствовала званию советского диссидента, борца с режимом и либерала до мозга костей. Вот только творчество не соответствовало.

Стихи и эссе Бродского подчеркнуто-аполитичны, они исключительно литературны и культуроцентричны. Иосиф Александрович был стопроцентным книжником, его творчество базируется не на живой жизни (как творчество тех же Вознесенского и Евтушенко), а на огромном культурном фундаменте, который, безусловно, у Бродского был. В основе этого фундамента – русская, европейская, античная и американская литературы.

Collapse )

ZORG

Голландия начала переход к бесполому обществу




Представители европейских движений «ЛГБТ-прогресса» могут потирать руки – Нидерланды планируют уже к 2024 году полностью отменить упоминание пола во внутренних удостоверениях личности. Одновременно разворачивается пропаганда по отмене пола как такового. Как этот формальный, казалось бы, шаг способен повлиять на общее представление европейцев о сексуальных и общественных нормах?
Небольшое изменение в документообороте Нидерландов вызвало совершенно несообразную реакцию тамошней либеральной общественности. Решение отменить графу «пол» в удостоверениях личности празднуется как очередной триумф небольшого, но предельно шумного меньшинства местных трансгендеров.
О плюсах и минусах решения можно спорить. На самом деле графа «пол» появилась в паспортах европейцев по историческим меркам недавно. Забавно, что произошло это по просьбе международной ассоциации авиаперевозчиков. В 1974 году они посетовали на то, что в одежде и прическах воцарился такой унисекс, что стало трудно осуществлять паспортный контроль при посадке в самолеты – непонятно было, какого пола пассажир или пассажирка.
Графа «пол» останется в заграничных паспортах граждан Нидерландов. Но во внутренних удостоверениях личности в этом квадратике пока будут ставить не M или F, а крестик. Изначально крестики ставили как раз люди, не определившиеся с полом – трансгендеры или «гендерфлюидные» особи. Одно время это было даже предметом их гордости. Но внезапно выяснилось, что крестики оскорбляют их чувства, и теперь во внутренних ID-картах сначала появятся крестики для всех, а потом исчезнет и сама графа. «Просто прекрасно, что правительство перестало заниматься тем, что у нас в трусах», – характеризует это событие Бранд Бергоувер, руководитель движения «Союз нидерландских трансгендеров».
Сегодня трансгендеры стали авангардом разнообразных меньшинств в процессе реформации всего общества. Исчезновение букв F и M из документов – лишь очередной шаг на этом непростом пути.
Collapse )
СМЕРШ

Беркут дает советы белорусским коллегам.

На форуме сотрудников полиции police-russia.com бывший сотрудник МВД Украины «Беркут» дает советы белорусскому ОМОНу о том, как действовать против «майдаунов» (так силовик называет участников акций протеста). «Беркутовец» говорит, что решил написать свои советы, потому что узнал, что участники украинского Майдана якобы делятся опытом с белорусскими протестующими. «А разве мы, спецназ МВД разных стран, хуже? И у нас должна быть взаимоподдержка», — пишет автор.
Доброго времени суток. Я - бывший сотрудник спецподразделения МВД Украины "Беркут". В какой-то момент моя жизнь разделилась на "до" и "после" майдана. Именно во время этого события нам очень не хватало советов коллег, прошедших подобные события. Мы неоднократно делали ошибки, оказывались в неприятных ситуациях. Поэтому хочу поделиться своим пусть негативным, но все же опытом с коллегами из Белоруссии.
Но основной мотивацией стало то, что украинские майданутые начали массово давать советы белорусским, а, значит, есть вероятность повторения украинского сценария. А разве мы, спецназ МВД разных стран, хуже? И у нас должна быть взаимоподдержка.
Итак, для начала, вы должны уяснить то, что столкнетесь с тем, чему вас не обучали во время учений. Это - не разогнать "толпу условных нарушителей", не набить лицо товарищу во время спарринга. Это - проверка на прочность вас и ваших товарищей. Поверьте, тут нет пафоса - это опыт.
Поэтому задайте сами себе вопрос: готовы ли вы к психологическому давлению, какого, возможно, еще не ощущали? Если нет - то напишите рапорт и не читайте дальше тему. Если готовы - тогда читаем дальше.
Первое правило: вы со своими коллегами должны стать коллективом не на словах, а на деле. Всегда бывают какие-то противоречия между коллегами, вопросы. Так вот, забудьте их до конца майдана. Потому что там любые непонятки между вами могут разрастись до гигантских размеров. Все выяснения отношений оставьте на потом, а сейчас любой человек в такой же форме, как и вы, должен стать для вас Братом.
Второе правило: всегда носите маску. Благодаря коронавирусу у вас есть железная причина делать это, но, по возможности, оденьте сверху еще и балаклавы. На вашей форме не должно быть никаких нашивок, патчей и прочего, что отличало бы вас от ваших коллег. Помните: вы всегда должны быть готовы к тому, что майдан победит и вас всех будет допрашивать прокурор.
По этой же причине, после любых столкновений не нужно делиться с коллегами подробностями вроде: "И тогда я как дал этому гоблину в зеленой футболке в голову, что он и ушел сразу в нокаут". Да, доверие к коллегам - это правильно, но никто не знает, какие рычаги найдет следствие на любого из них. В качестве примера, могу привести пример, когда после майдана одного нашего коллегу приняли за совершение другого преступления, а в процессе следствия предложили ему пойти на сделку, дав определенную информацию о событиях на майдане, в которых принимало участие его подразделение.
Так же, с целью сохранения анонимности, по возможности - скрывайте номера на служебном автотранспорте. Если вы действуете совместно с коллегами из других регионов и нужно собраться, либо дать сигнал своему подразделению - ни в коем случае не кричите географические названия, к примеру: "Витебск! Собираемся возле автобуса" и т. п.
То же самое и с радиопозывными: помните, радиоэфир записывается и не только сотрудниками соответствующих служб МВД. В любом случае, если победит майдан - они станут достоянием следствия.
Про мобилки вообще не говорю: во время нашего майдана их прослушивали сами же майдауны. Поверьте, кураторы обеспечивают их соответствующей техникой.
Collapse )

укроп

Как у украинцев русское имя украли

В заглавии Повести временных лет летописец задавался вопросом: «Откуду есть пошла Руская земля»? Хотел он написать «Украино-Руская», но сэкономил на чернилах. Потому что и так всем известно, что Русь издревле была Украиной-Русью и жили в ней вольные, но домовитые козаки-униаты.

Но надвинулась страшная гроза: не то с Новгорода в виде Вещего Олега, не то с Владимира в виде Андрея Боголюбского, не то еще когда, и украли у Украины-Руси половину ее имени. Тут, впрочем, нужна точность.

https://odnarodyna.org/sites/default/files/styles/500x375-maintaining-aspect-ratio/public/images//03121702.jpg?itok=TUGfKPE6

Князь Олег, хоть и пришел из Новгорода, всё же был настоящий украинец, потому что как раз с этого времени Русь уже точно известна как Русь. В договоре Олега с византийцами (911 г.) фиксируется понятие «русь», правда не как географическое понятие, а как народ. Каждый представитель народа именуется «русином», народ в целом — «русью».

Еще летописец сообщал, что славяне «от варяг бо прозвашася Русью», но мы это в оставим в стороне, чтобы не искать настоящую Украину на Балтике. Как бы то ни было Олег, как говорит нам все та же Повесть временных лет, решил, что столица его будет отныне в Киеве: «Се буди мати городом русскым».Collapse )