May 18th, 2014

Главный

Украина… мысли по поводу

Долго молчала, долго старалась не говорить вслух того, что варилось в голове.

Но теперь, когда я по-настоящему понимаю, что идет гражданская война, обозначу позицию.

Меня столько раз спрашивали, с кем я и против кого дружу, что я буквально сбилась со счета. Но к сожалению, я не из тех, кто считает стакан наполовину пустым или наполовину полным. Я из тех, кто знает, что в стакане – моча. Я из тех, кто понимает одну очень печальную правду: в Украине плохо, но лучше при жизни нашего поколения не будет. Я из тех, кто понимает, что даже если сейчас проблемы загнать по уши в землю автоматными прикладами, уже случилось слишком много страшного, чтобы все это как-нибудь устаканилось.

Мне много лет, я родилась в СССР и была вполне взрослой, когда распадалась наша сверхдержава. Более того, я помню, как менялись учебные программы, переписывались учебники и прокладывался путь “национального самоопределения”. Я – из тех, кто помнит, что такое “украинизация” русскоговорящих регионов и изменения языка указами сверху. Я из тех, кто понимает, что разменная карта “русский как второй государственный” – слишком крутой козырь, чтобы стать реальностью, его будут доставать из рукава все, кто стремится стать у кормила власти, но никогда не будут реализовывать, потому что как бы ни писались учебники и не переписывалась история, Украина в ее нынешнем виде – это все же конгломерат из двух миров. Искусственно склеенное государство, четко разделенное на Восток и Запад.

До тех пор, пока мы были частью Российской империи или империи Советской, мы в общем-то не особенно ощущали разницу этих миров. Но как только нам навязали полную самостоятельность и независимость, водораздел по Днепру стал нагнаиваться, пока не прорвало.

Аргументы? Они очень просты: Западная Украина – это действительно отдельный регион со своей древней оригинальной культурой. В этом регионе свой язык, который мы на Востоке плохо понимаем, свой фольклор, свое искусство, свои музыкальные особенности и свои национальные костюмы. Глядя на западных украинцев, понимаешь, что эти люди – иные по отношению к нам, украинцам восточным, потомкам беглых российских крестьян, каторжников и разбойников, которыми были полны наши ровные, как стол, степи, где можно было запросто погибнуть от безводья, так и не натолкнувшись на живую душу. Мы веками жили порознь, были завоеваны разными государствами, оказавшими на нас разное влияние, мы развивались таким образом, что скорее можем считать друг друга двоюродными братьями, и то – в лучшем случае.

[Spoiler (click to open)]Все мои знакомые поляки считают Западную Украину своей вотчиной, землями, которые отделились от Речи Посполитой из-за особенностей раздела мира после мировых войн. Восток Украины они вообще не учитывают, а когда я начинаю упоминать города и регионы, поляки поднимают брови и говорят, что это – Россия, это вообще исторически к Польше не имеет никакого отношения. Понимаете, может, это и обидно слушать – имперские претензии поляков, но даже они со своими шляхетскими замашками как-то не смотрят на Восток Украины как на лакомый кусок пирога, который не хило бы оттяпать.

В бытность мою преподавателем университета, я имела один конфуз со студенткой из Львова. Марианна была милейшей барышней, говорящей по-русски грамотно, только с небольшим акцентом. Но вот перевод с английского на русский ей не давался, потому что получалось, что она переводит с одного иностранного на другой иностранный для себя язык. И тогда она попросила разрешения переводить на украинский. Я самонадеянно решила, что знаю язык и смогу контролировать правильность перевода. Я жестоко ошиблась: я не понимала из ее перевода ни слова. Ни единого слова. Это был первый раз, когда я услышала украинский язык западного образца. Потом я еще много раз просила говорить на нем своих знакомых. И понимала, что в лучшем случае разбираю какие-то предлоги и отдельные слова, полностью теряя смысл говоримого. При том, что я учила язык 10 лет в школе, пять в институте и вообще слышала его все время в телеящике.

Мы всегда были разными и жили по-своему, мы были разными, как разными могут быть собиратели и охотники, только в нашем случае – речь идет об аграриях и пролетариате, о культуре города и села, рабочего и крестьянина. Но все было бы вполне сносным, мы бы притерлись, если бы у нас не были разными наши герои. Да-да, именно герои!
Потому что нельзя жить с человеком, считающим героем того, кого ты считаешь убийцей и преступником. Если Степан Бандера и Роман Шухевич – герои освободители для западных украинцев, то для востока они всегда будут убийцами и предателями народа. И не важно, кем эти люди были на самом деле, важно то, как их оценивают потомки. А оцениваем мы их диаметрально противоположно – и этого не забить никакими переписанными учебниками и снятыми фильмами. Потому что есть телевизор и учебник, а есть – рассказы бабушки и деда, есть – память поколений. И она – в крови, в генах, тогда как учебник – всего лишь в школьной библиотеке и год в портфеле.

Эта диаметральная противоположность наших героев – камень преткновения, стена до небес, которая разделяет наши народы. Если я считаю героем Сталина, никакая любовь и терпимость не преодолеют базовых, архетипических разногласий с тем, кто считает героем Гитлера. Если я считаю героем Дзержинского, то я никогда не уживусь с почитателем Николая Второго. Если я считаю героем Власова, то мне не по пути с тем, кто помнит и чтит маршала Жукова. Эти разногласия рано или поздно дадут о себе знать, и даже если у нас любовь-морковь, при малейшем изменении окружающей атмосферы – наши диаметральные противоречия рванут тем сильнее, чем мы больше и активнее их прессовали внутри себя.

Но между нашими народами никогда не было любви и моркови, наши народы всегда тихо, иногда – беззлобно, а иногда – вполне себе злобно бурчали вслед друг другу “москали” и “хохлы”. У нас были стереотипы по отношению к друг другу: “хохлы” – это такие куркули, зацикленные на хозяйстве, накопительстве и устройстве собственного дома. “Москали” – это такие бесхозные разбойники, которые шляются с места на место и не чувствуют родной земли.

После войны западных украинцев начали называть “бандеровцами”, то есть последователями того самого приснопамятного Степана Бандеры. Для меня как для восточной украинки – он всегда будет предателем и палачом, и это – вне сферы контроля моего сознания. Потому что у меня есть бабушки и дедушки, которые сами откушали деяний пана Бандеры полными ложками, и я в детстве слушала рассказы о тех страшных временах. И я очень четко понимаю, что моя знакомая с Западной Украины могла слушать своего деда, который ей рассказал о зверствах большевиков и о том, что Бандера мечтал избавить страну от палачей с красными звездами. И я даю своей знакомой право считать Бандеру героем, так же, как и себе даю право считать его палачом. И условием нашего мирного существования с моей знакомой является только одно: полное игнорирование темы истории Украины в наших разговорах. Табу, полное молчание. Оно возможно в условиях эмиграции, но совершенно утопично в условиях проживания в одной стране. А значит – мы приходим к искомому доказательству: у нас диаметрально противоположные герои, и значит, мы просто не сможем мирно думать о них и не ссориться. Мои герои – это ветераны ВОВ, сражавшиеся под красными знаменами. Герои моей знакомой – люди, боровшиеся с большевиками, ветераны УПА. Наши герои – исконные враги друг друга. У нас с нашей знакомой разные, если хотите, идеалы. И значит, самым мудрым в наших отношениях, – будет молчание. НО если мы можем молчать, потому что обе эмигрантки и ищем то, что нам объединяет, а не разделяет, то жители одной страны просто не смогут быть настолько терпимыми. Условия не те.

Но и тут, я думаю, за 20 лет независимости при мудром руководстве страны – что-то могло бы и сработать, как-то бы люди ужились с друг другом, нашли бы способы притереться. Но увы – все эти 20 лет государственное руководство было занято двумя вещами: воровством ресурсов и проведением бездарнейшей национальной политики. Двадцать лет подряд изо всех рупоров, изо всех средств массовой информации, со всех страниц учебников и книг неслось: “У нас нет ничего общего с русскими”. Мы – уникальный народ со своей культурой и историей, мы – отдельный этнос, мы – не брат, мы – вообще не кровная родня.

Не далее, как летом вышел фильм “ДНК – портрет нации”, где авторы при помощи немецких генетиков доказали, что у украинцев и русских даже нет общего генома. А теперь следите за мыслью.

Если двадцать лет подряд Востоку, населенному русским, то есть русскоязычным и русскокультурным населением, вещать, что у русских и украинцев нет ничего общего, если двадцать лет настаивать на том, что украинцы и русские – лишь только соседи, то рано или поздно – при общей нестабильности в экономике и политике – можно дойти до того, что русские реально поверят, что украинцы им не родня. И если брата, кровного родного брата, мы терпим просто потому, что родню не выбирают, то соседа же я выбирать в состоянии себе сам. И если вот эти товарищи, которые все время дистанцируются от меня как от русского, проводят политику, которая мне не по душе – я же могу и решиться на ответственный шаг. Поменять соседа – и обратиться лицом не на тот берег Днепра, а на тот берег Донца. А там – живут такие же русские, как и я, мы – братья, говорящие на одном языке, у нас общая генетика, общая культура и общая история. И зачем мне тогда непонятный “не-брат”, который бесконечно проводит идиотскую политику, внушает мне, что история – вовсе не такая, как я всегда знал, и что живущие с той стороны Донца люди, с которыми у меня столько общего – мне вовсе и никто, а вот этот самый “не-брат” должен быть мне не просто соседом, а руководящим органом моей жизни.

Двадцать лет этот нарыв гнил, двадцать лет русскоязычные регионы выслушивали истории, выкроенные по свежеизобретенным лекалам. И кажется, настал момент истины: Восток поверил, что Западная Украина – им никто. И решил, что жить с русскими в России им будет просто лучше, потому что – повторяю – плохая семья всегда лучше непонятной коммунальной квартиры.

И вдруг все переменилось – те, кто еще ПОЗАВЧЕРА кричал, что Восток – рабы, холопы, коммунисты, навязавшие президента-урку всей стране, вдруг изменили лозунги на “Мы – одна семья, не дайте стране расколоться!” Еще позавчера было слышно, что на Востоке живут милые наивные люди, которых обманули в партии воров и хапуг. Сегодня – лозунги изменились на “Молитесь за единство”.

Ребята, поздно пить Боржоми, когда двадцать лет пился денатурат. Поздно внушать родственные чувства, если двадцать лет по этим чувствам топтались коваными сапогами. С обеих стороны произошло слишком много страшного и кровавого – чтобы обняться, забыться и спеть “Ничь така мисячна” под стакан горилки с салом. Потому что по обе стороны баррикад – были матери, голосящие над гробами убитых детей. По обе стороны баррикад – убитые считаются героями, а убийцы – врагами. По обе стороны баррикад – люди смотрят в разные стороны и видят свое будущее слишком по-разному.

Я не знаю человека, который бы относился к Януковичу просто индифферентно – его ненавидели все мои друзья и знакомые. Он всех достал до такой степени, что я не слышала о нем практически ни одного цензурного определения. Но альтернатива – такая страшная, что люди, отчетливо все понимая – выбирают именно из этих трех зол. Они трезво смотрят на все эти пути – и выбирают тот, где перспективы не столь пугающи. Действительно – выбор между урками, диктатом и фашизмом – столь чудовищный, что пожелать его нельзя и злейшему врагу. Но время выбирать пришло – и как можно осуждать тех, кто этот выбор делает?

Поэтому я не жду ничего хорошего. Мне бесконечно жаль мою страну и ее людей, но, похоже, время страшных испытаний только начинается.

http://adamsnotes.net/?p=8685
Главный

Фразы для манипулирования людьми в бизнесе и как они работают.

1. «Ты хочешь всю оставшуюся жизнь продавать сладкую газировку? Или хочешь пойти со мной и изменить мир?»

В этой знаменитой фразе, благодаря которой Стиву Джобсу удалось переманить Джона Скалли из PepsiCo, использовано сразу несколько техник убеждения. Во-первых, упрощение. У проблемы всегда много причин, и решить её довольно сложно. Реальность постоянно заставляет людей чувствовать себя неуютно. Профессиональные манипуляторы помогают им на минуту расслабиться, игнорируя трудности и предлагая простые решения. Дезодорант, машина или определённая марка пива могут сделать человека красивым, популярным и успешным. Здесь также играет роль фактор Большой Лжи. Как говорил великий манипулятор Адольф Гитлер: «Люди относятся с бОльшим подозрением к небольшой лжи, нежели к великой». Третья техника тоже довольно известна: сокращение выбора до двух опций, одна из которых очевидно хуже. Вместо того чтобы позволить человеку думать о множестве альтернатив, манипуляторы дают только два варианта на выбор.

2. «Вы ведь хотите иметь здоровые зубы?»

Произнося эту фразу, продавец зубной пасты использует две техники убеждения. Первая — использование риторических вопросов. Они поставлены так, что вынуждают согласиться с говорящим, ведь ответ очевиден. Это делается для того, чтобы вызвать доверие и ощущение, что у продавца с покупателем одинаковый взгляд на жизнь. Вторая, близкая по смыслу техника, — использование «да-вопросов». Это не обязательно должны быть вопросы, связанные с продуктом. Продавец может спросить: «Хорошая погода, не правда ли?» Как только человек с чем-то соглашается, даже с небольшим и незначительным, ему будет намного легче согласиться с более важными вещами, например, сказать: «Да, я её покупаю». Так же, как и «да-вопросы», действует юмор, когда человек в хорошем настроении, более расслаблен и готов купить продукт, который ассоциируется у него с приятными эмоциями.

3. «Эта машина вас достойна»

Люди любят лесть. Им нравится, когда их считают особенными, значительными и умными. В повседневной жизни можно использовать это, обратившись к человеку с такой фразой: «Не думаю, что человек такого уровня, как вы, согласится найти время помочь мне…» В рекламе эта техника обычно предполагает прямое обращение: «Вы цените качество», «Вы не любите терять время даром». Порой, чтобы вызвать в зрителях чувство превосходства, реклама, наоборот, показывает людей, совершающих глупые поступки. Нам нравятся те, кто делает комплименты, и мы склонны доверять тем, кто нам нравится. Следовательно, им легче убедить нас купить у них что-то.

[Spoiler (click to open)]4. «Но вы абсолютно свободны»

Хитрый ход, часто используемый манипуляторами, — заверить человека в том, что у него есть свобода выбора. Люди ненавидят, когда их ограничивают. Попросив другого об одолжении, манипулятор добавляет, что он не настаивает, а даёт право выбирать. Исследование Кристофера Карпентера, в котором принимало участие 22 000 человек, показало, что эта простая на вид техника необычайно эффективна: она повышает шансы на успех на 50%. Исследователи просили людей пожертвовать деньги на благотворительность, одолжить деньги на билет на автобус, и, если после просьбы добавляли «но я не настаиваю» или «но вы, конечно, не обязаны мне помогать», люди соглашались намного охотнее. Сами слова не так важны, как основной смысл высказывания: «вы абсолютно свободны, я на вас не давлю». Техника особенно действенна при личном контакте, а в письме и по телефону её эффективность сильно снижается.

5. «Только сегодня скидка 50%»

Техника воздействует на инстинкт выживания, вызывая страх упустить что-то ценное. Исследователь Ноа Голдстейн из Anderson School of Management называет это «инстинктом схватить всё, что можно, или остаться ни с чем». В рекламе часто используются соответствующие лозунги: «Последний шанс!», «Торопитесь, пока не поздно». По статистике, в дни распродаж люди тратят на покупки на 10% больше, поддавшись панике. В состоянии стресса человек теряет способность мыслить рационально. Известный исследователь манипуляций Роберт Чалдини называет эту технику «созданием дефицита». По этому принципу, например, работает компания TeeFury, которая продаёт гиковские футболки с конкретным рисунком только один день. Использование страха в качестве манипулятивной техники возможно и в обычной жизни. Например, ваш босс может сначала намекнуть вам на то, что в ближайшее время планирует провести сокращение, а потом предложить вам поработать сверхурочно. В книге The Science of Social Influence приводится такой пример: к людям в магазине подходил незнакомец и касался их плеча. Когда они в испуге оборачивались, они понимали, что это просто слепой человек, который хочет узнать у них время. После этого к ним подходил человек с просьбой пожертвовать небольшую сумму. Те, кто пережил испуг, жертвовали намного чаще, чем другие покупатели.

6. «Эта машина, чёрт возьми, того стоит!»

Доказано, что лёгкие бранные слова в начале или в конце высказывания увеличивают степень воздействия речи на слушателей. Исследование, подтверждающее этот тезис, провели в 2006 году учёные Ширер и Сагарин. Они разделяли людей на группы и произносили перед ними одинаковые речи. Единственное отличие заключалось в том, что в одну из них были добавлены слова «чёрт возьми». На слушателей речь с ругательством произвела большее воздействие. Слушателям показалось, что спикер был более убедителен, уверен в себе, и вызвал в них чувство доверия к продукту. Умеренное использование бранных слов делает речь менее формальной и более человечной, снимая барьеры между говорящим и слушающим. В России можно попробовать и более жёсткий вариант, как, например, сделала Студия Артемия Лебедева в рекламе: «Евросеть — цены просто ох…еть».

7. «А почему нет?»

Умение правильно работать с возражением — вероятно, самый важный метод манипуляции. Вы просите кого-то об одолжении, вам отказывают. Что делать дальше? Спросить: «А почему нет?» Так можно перевести твёрдый отказ в формат препятствия, которое можно преодолеть. Человек, которому задают этот вопрос, встаёт в позицию оправдывающегося, потому что он должен привести логичные доводы. Исследователи, которые занимались этим вопросом, дают несколько объяснений тому, почему эта техника так эффективна. Во-первых, свою роль играет настойчивость. Человек может найти в себе силы отказать один раз, но с каждым следующим вопросом его уверенность в своём мнении сокращается. Начинают действовать эмоциональные факторы: чувство вины и симпатии. Во-вторых, эта техника связана с состоянием когнитивного диссонанса — ощущением дискомфорта от присутствия в сознании двух противоположных точек зрения. Человек хочет поскорее избавиться от него, даже путём отказа от своего мнения.

По материалам http://vk.com/emploer4you
Донбасс

Буду краток: 3 точки бифуркации

Оригинал взят у da_dzi в Буду краток: 3 точки бифуркации
Вторая украинская республика умерла 21 февраля.

После 5 апреля Новороссия стала вопросом вероятностей.
После 2 мая Новороссия стала вопросом возможностей.
После 11 мая Новороссия стала вопросом времени.

P.S. Как бы не бесились "свидомые" и укроСМИ, сколько бы карательных батальонов не отправлял Киев на Юго-Восток, теперь действуют геополитические процессы, в которых киевским пигмеям нет места.

P.P.S. И Киев, к сожалению, тоже будет наш.

Главный

Виновники бедственного положения на Украине.

Краткий набросок.
Иерархия виновных в сегодняшнем бедственном положении на Украине. От главных до второстепенных.

1) США + Зап. Европа (как стариший партнер, которому позволено все и младший партнер, которому дозволено меньше)
2) Украинские нацики, бандеровцы и западенцы, короче вся оппозиция). Которым Главный виновник послал недвусмысленный сигнал: творите, что хотите (поскольку мы разрешаем), берите власть в свои руки.
3) Прежняя киевская власть (Янукович и К). Потому что смалахольничали и сдрейфовали, не дали должный отпор первым двум силам, хотя такую возможность имели.
4) Российская власть, поскольку за 23 года не сделала ничего из того, чтобы защитить русские интересы на Украине и не допустить заражение ее коричневой чумой. Слишком надеялись на "порядочность" западных партнеров.
Донбасс

Донецк прирастает премьером

Итак, премьером нового государственного образования, рожденного в боях с киевской хунтой, стал Александр Бородай – российский политтехнолог и политолог, окончивший философский факультет МГУ. Он известен по публикациям в газете «Завтра» и роликам на московском интернет-телеканале «День.ТВ», который Бородай возглавлял около года назад.

Александр Бородай также запомнился активной работой по информационной поддержке властей новых российских субъектов – Республики Крым и Севастополя, и лично Сергея Аксенова.

Выдвижение А. Бородая на пост главы правительства ДНР только на первый взгляд выглядит неожиданным и даже экстравагантным. Но на самом деле в этом нет ничего удивительного.

Во-первых, скептиков по поводу российского гражданства Бородай можно успокоить тем, что это не противоречит законодательным актам ДНР, как, собственно, не вступает в конфронтацию с законодательством российским, чтобы ни твердили бандеровцы, взявшие с помощью Януковича Киев, и представители «пятой колонны» в Москве.

Во-вторых, Александр Бородай близок к Игорю Стрелкову – руководителю успешной обороны Славянска. О связи Бородая со Стрелковым месяц назад объявили спецслужбы Украины, где взяли за основу данные прослушки телефонных переговоров руководителей ополчения Донбасса с Александром Бородаем. Информканалы киевской хунты, пользующиеся данными ЦРУ и АНБ США, назвали Игоря Стрелкова Игорем Гиркиным, а Александра Бородая объявляли чуть ли ни главной действующей персоной сопротивления на Юго-Востоке Украины.

В любом случае, его приход говорит о создании некоей вертикали власти в Донецкой Народной Республике. Силовые структуры контролирует Стрелков, а гражданские должен аккумулировать именно «варяг» Бородай, даже несмотря на то, что его называют «премьером переходного периода». Эта работа тяжкая, должность – практически расстрельная, но благородней ее найти трудно – отвечать за регион, не пожелавший вставать в бандеровское стойло, и брать ответственность на себя в тот момент, когда Москва вынуждена демонстративно молчать.

Разумеется, избрание главой правительства человека не из местных в данном случае – правильный шаг, позволяющий избежать интриг и подковерных схваток в дележе портфелей в Кабмине ДНР, поскольку даже среди сопредседателей исполнительной ветви власти ДНР наблюдается, мягко говоря, некоторое разномыслие и приверженность разным векторам развития республики. Практически о том же говорит известный блоггер Анатолий Несмиян, больше известный как Эль-Мюрид: «Назначение Александра Бородая премьером правительства ДНР, похоже, является следствием реакции условной «группы Стрелкова» на вялую и нерешительную деятельность политкружка из местных активистов-общественников, игравшихся в независимость».

Приход Бородая в правительство ДНР после активизации олигарха Рината Ахметова, сначала выжидавшего и пристально следившего за ходом событий, а после ненавязчиво выступившего за «единство Украины» (читай – киевскую хунту), является знаковым моментом. Правительство ДНР должно удержать четкую линию, обозначенную в декларациях и подкрепленную волей подавляющего большинства жителей Донбасса на референдуме.

Независимость нужно защищать кровью и реальными делами. Судя по недавнему обращению Игоря Стрелкова к жителям Донбасса, мягко говоря, далеко не все еще на Юго-Востоке проснулись от постсоветской спячки. Инертность шахтерского региона влияет не в лучшую сторону на политический процесс и пополнение сил самообороны в условиях бандеровского нашествия в Новороссию.

Но если в схватках в Славянске и Краматорске куются гвардия армии ДНР, ее ударные подразделения, которые по боевому духу на голову выше всей группировки киевской хунты, то баталии на политических фронтах в донецком тылу будет вести и уже ведет именно Александр Бородай, чей опыт политтехнолога здесь особенно востребован. Разумеется, без команды единомышленников действовать ему чрезвычайно сложно.

В любом случае, период болтологии о «значимости и судьбоносности эпохи», «историческом моменте», «гигантском потенциале Донбасса» и т.д., и т.п. завершен.

Если не последуют конкретные дела в ближайшие дни, независимость Донецкой Народной Республики, как и Луганской, может быть попрана новым наступлением киевской хунты. Оно начнется, если не перед президентскими выборами гауляйтера Запада в Киеве, то практически сразу после них. И тогда все будет зависеть от мобилизации ДНР и ЛНР, готовности их ветвей власти и силового кулака не просто существовать, отстреливаясь, но вести борьбу в более сложных чем сейчас условиях, наступать, проявляя решимость и необходимую жесткость.

Разбудить пока сытый и осторожный Донецк, избавить его от олигархической удавки ахметовых и прочих тарут, мобилизовать столицу Донбасса на реальное сопротивление – задача политтехнолога, политолога и философа Александра Бородая.

К примеру, установление контроля вооруженных сил и правительства ДНР над международным аэропортом Донецка, ключевыми пограничными пунктами и рядом других важнейших коммуникаций станут после героической обороны Славянска и Краматорска самыми действенными и давно назревшими шагами новой власти донецкого уголка Русского мiра.

http://www.segodnia.ru/content/139592