kim373 (kim373) wrote,
kim373
kim373

Categories:

Интервью униатского священника Н. Квича по поводу событий Крымской весны

Летом 2014 должно исполниться 10 лет, как военный капеллан, священник Украинской греко-католической Церкви о. Николай Квич служит в Севастополе. Но в день референдума 16.04. 2014 священник вынужден был покинуть территорию Крыма, потому что если бы остался, то, возможно, его бы по его словам осудили за «экстремизм»...
[Spoiler (click to open)]


В интервью Департамента информации священник рассказал, что с ним случилось за последние два дня и, так сказать, стало для этого основанием.
– 15 марта, в пятницу, после того как мы с прихожанами молились на Парастасе, ко мне пришли из службы безопасности. Сначала со мной разговаривал один человек, который потом вызвал еще двух, а еще позже – наряд милиции.
- И вас деликатно попросили поехать с ними?
- Это нельзя назвать «деликатно». Меня заставили поехать с ними и написать, что я даю разрешение на обыск своего дома.
Сначала я сказал, что не дам никакого разрешения. На это они мне сказали: «Ну, пошли с нами в машину, мы тебя убедим». А это прямо означало, что они меня заставят.
- Вы имели оружие?
- Они искали оружие, но не нашли, потому что у меня ее не было. У меня были только защитные жилеты. Найдя эти жилеты, начали убеждать, что, согласно законодательству, дубинки, бронежилеты, наручники гражданским лицам можно использовать только с разрешения органов.
- Я им на это сказал, что еще мог бы понять, если бы у меня был дубинка (представьте себе, как я, священник, бегаю с дубинкой!). А бронежилет используется только для защиты человеческой жизни.
- Эти бронежилеты я должен был передать ребятам с украинского войска, которые патрулируют свои части. Мое намерение было благое.
Два бронежилета я успел был передать двум журналистам. К воинской части не успел, потому что не было возможности. С большим трудом удавалось хотя бы еду передавать нашим ребятам.
Меня обвинили в том, что эти бронежилеты я хотел передать каким-то группировкам, чтобы они совершали диверсии.




- Как они с вами обращались?
- По-разному... Били по голове (отцу было неловко об этом говорить. – Авт.), ругались... Я таких слов не употребляю, поэтому повторить не могу. Они говорили со мной не как со священником и не как с нормальным человеком.
- Они заставили говорить с ними на русском. Сказали: «Этот украинский язык здесь звучат не будет»
Меня держали от 13-ти до 21-го часа. За это время меня допрашивали представители службы безопасности, милиция и контрразведка России.
- На каком языке вы с ними разговаривали?
Они заставили говорить с ними на русском. Сказали: «Этот украинский язык здесь звучат не будет».
- Вы им что-то интересное рассказали?
Они хотели узнать, кто мне передал бронежилеты, кому я должен был передать и кому уже передал. Конечно, я им ничего не сказал. Но позже узнал от одного журналиста, что они изъяли бронежилеты у некоторых представителей прессы. Возможно, это те, которые я передал, не знаю.
У меня забрали все телефоны. Некоторые сообщения я не успел удалить, поэтому, думаю, они могли что-то оттуда узнать.
- Отче, по вашим ощущениям, они действительно верят в то, что существует некие «бандеровские группировки»?
- Когда они зашли ко мне домой и увидели желто-голубой и черно-красный флаги, флаг военно-морских сил Украины, на холодильнике магнитики с Шухевичем и Степаном (Бандерой. – Авт.) и еще украинскую литературу, то вообще начали обзывать меня по-разному, материть, говорили, что я эсэсовец...
- А это не вызывает у вас каких-то ассоциаций?
- Я не являюсь выходцем из подполья нашей Церкви, но очень много знаю про этот период УГКЦ, поэтому мне это напомнило прямые преследования священников.
- Сообщалось, что через две недели над вами должен быть суд. По какому законодательству вас должны судить и за что?
- Вроде по украинским, но мне сказали, если ситуация изменится, то дальше будут судить по российскому законодательству. Люди, которые помогали мне покинуть Крым, объяснили: если я не исчезну, то мне «пришьют» экстремизм по российскому законодательству. Это где-то 15 лет.
Кроме еды, мы передавали свечи, спички, средства гигиены... И это назвали спонсорством
Кроме бронежилетов, мне приписали, что я был спонсором Военно-морских сил Украины, вроде бы поставлял им оружие.
- Собираетесь появиться на этот так называемый суд?
- Думаю, что нет (смеется. – Авт.). Если бы я нарушил закон в намерении сохранить жизнь хотя бы одному человеку, то был бы счастлив. Если я нарушил какую-то норму закона, то готов за это отвечать, но перед украинским судом и за украинским законодательством, а не российским или еще каким-то.
- А вы действительно является спонсором ВМС Украины?
- Да нет: разве я олигарх?! Я просто организовывал передачи еды для наших военных в период блокады. Кроме еды, мы передавали свечи, спички, средства гигиены... И это назвали спонсорством.




- Вы выехали из Крыма без помех?
- Не совсем. Вынужден был отключить телефон на то время, когда покидал территорию Крыма. Удалось уехать только благодаря тому, что меня сопровождал офицер Черноморского флота. Это украинец, мой хороший приятель. Когда мы выходили из дома, за нами вышло несколько мужчин. Мы просто заскочили в авто, думали, что задерживают...
- Другие наши священники еще остаются на полуострове?
Еще да. Сейчас они вынуждены скрываться. Думаю, они оставят Крым таким же образом, потому что есть информация, что ими тоже интересуются.
- Вы были в Севастополе – самом пророссийском городе Крыма. Как вы бы описали то, что там происходит?
Севастополь – в эйфории. Много людей бегают с российскими флагами и кричат: «Россия, Россия!» Последнюю ночь в Крыму я ночевал у римо-католического священника, утром проснулся от того, что кто-то где-то выкрикивал: «Россия!»
В Севастополе действительно есть много таких, что хотят присоединиться к России. Но этого нельзя сказать об остальном Крыме.
Но они совсем не против получать от Украины зарплаты, пенсии, воду, газ, электроэнергию, дотации...
Они над этим совсем не думают. Моя жена что-то пыталась объяснить им, а люди говорят: «А что, Украина нам воду перекроет?» Они думают, что Россия сейчас им постелет дорогу и теплое одеяло, на которую они мягонько лягут, выспятся и им больше ничего не придется делать. Могу сказать, что это территория людей, которые научились, что им только должны давать, а сами они не обязаны что-то делать. Эти, что кричат за Россию, – просто ленивый народ. Многие из них – это бывшие военные или жены военных. В свое время они получили квартиры и большие пенсии. Квартиры летом арендуют туристам. Когда заговорили о присоединении к России и о большие пенсии, они решили, а почему бы и нет.
- Вы 10 лет служили в Крыму. И теперь вынуждены покинуть полуостров...
- Сейчас мне больше всего больно, что мы никогда по-настоящему не заботились о том, чтобы Крым развивался как украинский. Например, в крупных городах только по одной украинской школе. В Севастополе вообще нет украинской школы, есть только украинские классы.
Там есть удивительные люди... и за этих людей стоит бороться
Украинская власть ничего не делала, чтобы Крым был украинским. Когда при власти был Куницын и на развитие украинства выделили девять миллионов гривен, то в Севастополе деньги просто разворовали.
- Наша Церковь также должна была больше интересоваться своими священниками, помогать им. А то отправили нас... Мы, конечно, делали, что могли, но нас было слишком мало и возможности наши были ограничены.
- Насколько я понимаю, вы пока что не будете возвращаться в Севастополь?
- Пока нет, но если будет нужно, то вернусь, ибо там есть замечательные люди. Не хватит никаких подарков на свете, чтобы отблагодарить этим людям за их мужество и позицию. И это не только наши украинские греко-католики, но и россияне, которые к нам приходили, и армяне. Скажу, что за этих людей стоит бороться в Крыму.

Беседовала Оксана Климончук,
Департамент информации УГКЦ


via

перевод с украинского

17/04/2014

Tags: audiatur et altera pars, Крымская весна, мои переводы, точка зрения, уже история, униатство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments